Помада на губах и на члене

Рубашка и зеркало

В комнате стоит пустая постель, одеяло сбито к ногам. На стене над изголовьем висит прямоугольное зеркало в тёмной раме, его стекло отражает дверь и часть стола с тёмным экраном монитора. Напротив кровати у стены стоит кресло, а на прикроватном столике застыл подсвечник с толстой, ещё не тронутой свечой. Воздух в комнате неподвижен, пылинки замерли в луче света от окна, которое само остаётся за пределами этой сцены. Вещи расставлены точно и прочно, кажется, они никогда не меняли своего положения. Всё ждёт.

Женщина в коричневой рубашке подходит к зеркалу. Светлые волосы спадают ей на плечи, серьги в виде тонких колец покачиваются при каждом движении. Она достаёт из кармана рубашки небольшую помаду, снимает колпачок. Её пальцы уверенны, движения отточены. Она наклоняет голову, поднося помаду к губам, и начинает вести яркой красной линией по нижней, потом по верхней губе. Губы смыкаются, выравнивая цвет. В зеркале за её спиной виден дверной проём и часть комнаты с кроватью, но сама комната пуста.

Закончив, она на секунду замирает, разглядывая своё отражение. Её взгляд скользит по собственному лицу, потом опускается ниже, на ворот рубашки. Одной рукой она поправляет полотно ткани на груди. Другая рука, с зажатой в пальцах помадой, опускается вдоль тела. Никакого выражения на её лице не проступает, только сосредоточенность простого действия. Она кладёт помаду обратно в карман. Её отражение в зеркале повторяет каждое движение, беззвучно и точно.

Пространство для двоих

Она отводит взгляд от своего отражения. Левой рукой, все еще сжимающей помаду, она откидывает светлые волосы назад, за ухо, освобождая шею. Кольцо-серьга покачивается от движения. Коричневая ткань рубашки скользит по её плечу. Она делает шаг от стола, поворачивается спиной к зеркалу, в котором теперь видна только пустая половина комнаты с кроватью и свечой в подсвечнике. Она движется к креслу, где он сидит, откинувшись. Его татуированная рука лежит на подлокотнике, пальцы расслаблены. Он не шевелится, смотрит на её приближение. Комната становится меньше, её пространство съежается до расстояния между столом и креслом. Воздух, пахнущий воском и её духами, кажется густым. Она останавливается перед ним. Её тень на мгновение падает на его серую футболку. Потом она опускается. Колени упираются в ковёр, тело опускается ниже, принимает новое положение. Её руки находят его бёдра. Ладони ложатся на плотную ткань его джинс. Она наклоняется вперед, и её рубашка образует мягкие складки вокруг её согнутой спины.

Одновременность их действий складывается в последовательность, где каждый жест одного встречает неподвижность или ответное движение другого.

Подобные сцены с участием молодых актрис — порнуха.

Что делала она	Что делал он
Откидывает волосы рукой	Следит за ней взглядом
Подходит к креслу	Сидит неподвижно
Опускается на колени	Корпусом подаётся чуть вперёд
Кладёт руки на его бёдра	Разводит колени шире

Коричневая рубашка трется о его джинсы. Её пальцы слегка сжимают ткань на его бёдрах, приспосабливаясь к новой точке опоры. Он не помогает и не мешает, лишь разводит колени, давая ей больше места. Его правая рука с татуировкой всё так же лежит на подлокотнике, но пальцы чуть согнуты, будто готовятся к движению. Левую он заносит за её голову, но не касается волос, а просто кладет ладонь на спинку кресла позади неё. Её взгляд опущен, он смотрит поверх её головы в пространство комнаты, на монитор, который молча стоит на столе. Свеча на столе отбрасывает мерцающий свет на её согнутую спину и на его лицо. В этом положении, на полу между его ног в кресле, она находит точку равновесия. Движения замирают на мгновение, прежде чем перейти к следующему действию. Её рука с помадой всё так же сжата в кулаке, она опускает её на своё бедро.

Наклон головы

Её рот открывается, и губы, только что поправившие форму в зеркале, смыкаются вокруг головки его члена. Он лежит в кресле, его рука с татуировкой лежит на подлокотнике, пальцы разжаты. Она движется медленно, её светлые волосы падают на лицо, скрывая его от зрителя, остаются видны только мочки ушей с тонкими кольцами. Движения её головы размеренны и точны, она контролирует глубину, её правая рука лежит на его бедре, левая — на его животе, под серой футболкой. Монитор на столе молчит, его холодный свет сливается с теплым пятном от свечи в подсвечнике. Минуту, другую комната существует только в этом ритме — её наклоны вперёд, её отступления назад, его неподвижность. Воздух густеет, в нём плавают лишь два звука — тихое сопение и чуть слышное движение тела по коже кресла.

Комната определяет границы этого действия. Кресло не даёт ему откинуться дальше, упругие стенки мягко держат его спину. Столешница находится слишком близко, чтобы можно было развернуться или встать в полный рост, не задев её. Само пространство заставляет её оставаться на коленях, упираясь в пол, а его — принимать эту данность. Зеркало на стене отражает лишь угол комнаты и часть потолка, оно бесполезно для них сейчас, оно наблюдает за дверью, которая остаётся закрытой. Ничто не мешает и не помогает, всё просто есть — стол, монитор, свеча, их одежда на телах, коричневая рубашка на ней и серая футболка на нём.

Когда	Что произошло	Что после этого стало иначе
В самом начале	Она полностью принимает его член в рот.	Её дыхание становится глубже и громче.
Минут через пять	Она меняет угол наклона головы.	Он слегка сдвигает таз, подстраиваясь под движение.
Ближе к концу	Она отстраняется, чтобы перевести дух.	На мгновение воцаряется полная тишина.
Сразу после этого	Она снова опускается к его паху.	Её рука на его бедре сжимается сильнее.

После короткой паузы её губы снова находят его, движение возобновляется с новой силой. Её рука на его бедре сжимается, пальцы впиваются в ткань футболки. Она уже не просто принимает его, а ведёт его, задавая темп, который становится чуть быстрее, настойчивее. Свет от свечи колеблется, отбрасывая прыгающие тени на стены, которые смыкаются вокруг них тесным кругом. Он не двигается, но всё его тело — это напряжение, ожидание следующего касания, следующего движения её головы. Комната держит их в этом узком мире, где есть только они двое и этот немой, непрерывный танец.

Между поцелуями

Остановка

Её губы скользят по его коже, медленно, почти лениво. Движения размеренны и повторяются с одним и тем же ритмом. Она не торопится, её плечи расслаблены, а ладони лежат на его бёдрах, ощущая тепло сквозь ткань серой футболки. Мужчина неподвижен, его руки лежат на подлокотниках кресла. Только ровное дыхание выдаёт его присутствие в этом молчаливом диалоге. Свеча на столе продолжает гореть, отбрасывая подвижные тени на стены. Минуты текут, отмеряемые лишь этим однообразным, гипнотическим качанием её головы.

Подъём

Затем движение прекращается. Она отстраняется, её пальцы мягко смыкаются вокруг его члена. Она поднимает его, не меняя положения, будто изучая что-то знакомое при новом свете. Рука с татуировкой на его предплечье остаётся на месте, пальцы лишь чуть сжимают обивку кресла. Её взгляд опущен вниз, светлые волосы закрывают часть лица, серьги-кольца неподвижны. Она держит его так несколько секунд, не двигаясь, прежде чем снова склониться.

• Она перестала целовать его пах.
• Она взяла его член в руку.
• Она приподняла его.
• Она замерла на мгновение.
• Свеча продолжала гореть.
• Тени на стенах оставались в движении.
• Она снова начала двигаться вперёд.

Повторение

Её рука на его бедре сжимается сильнее, пальцы впиваются в ткань серой футболки. Голова женщины плавно движется вперед, её светлые волосы скрывают лицо. Монитор на столе продолжает мерцать холодным светом, а пламя свечи отбрасывает на стену рядом с зеркалом большую, подвижную тень. Мужчина лежит в кресле, его татуированная рука лежит на подлокотнике, пальцы разжаты. Он не двигается, лишь его грудь чуть заметно поднимается и опускается в ритме дыхания.

Она снова берет его член в рот, её губы, подкрашенные яркой помадой, плотно облекают его. Плечи её мягко покачиваются. Коричневая рубашка мягко шелестит, собираясь складками на ее спине. Серьги-кольца почти не двигаются, застыв у щек. Движение её головы становится размеренным и глубоким, без спешки. Воздух в комнате кажется густым от тепла свечи и этого медленного, непрерывного действия.

Минуты идут, но позы не меняются. Женщина продолжает, её рубашка остается расстегнутой. Мужчина по-прежнему лежит в кресле. Стол и монитор находятся на своих местах, немые свидетели. Только тень на стене живет собственной жизнью, повторяя и искажая движения в центре комнаты. Ничто не предвещает конца или изменений, всё закольцовано в этом ритме.